Судья финала ЧМ-2006: «Когда показывал Зидану красную карточку, не осознавал важность решения»

«Конечно, благодаря реакции в СМИ после матча я осознал, насколько важное решение я принял. Но когда я показывал Зидану красную карточку, я этого не осознавал. Это был обычный игрок команды. Такой же, как и все.

Мне все передали через наушник. Когда Матерацци упал на газон, мяч был на другом конце поля, поэтому я, естественно, следил за ходом игры. Я свистнул штрафной за игру рукой. Игра перешла на половину поля, где лежал Матерацци, на противоположный фланг.

Матерацци не вставал. Я думал подождать, пока он поднимется. Но он не вставал, поэтому я остановил игру. Я спросил своего ассистента (Дарио Гарсию): «Дарио, ты что-нибудь видел, что с ним? Почему он на газоне?». Он ответил, что ничего не видел. Затем я обратился ко второму боковому судье (Родольфо Отеро), но он тоже ничего не видел.

В наушнике я услышал голос резервного рефери Луиса Медины Кантальехо: «Орасио, я все видел. Зидан очень грубо ударил Матерацци головой прямо в грудь».

Когда я подошел к месту, где лежал Матерацци, мне уже сказали достаточно, чтобы я принял решение. Я спросил у Кантальехо, почему Зидан ударил его, сделал ли ему что-нибудь Матерацци до этого. Он сказал, что видел только удар Зидана.

Игроки тоже не понимали, что произошло, за исключением Буффона, осадившего лайнсмена, и Дженнаро Гаттузо. Остальные, как и я, ничего не видели.

Я думал: «Какое решение я должен принять?». Зидан спокойно стоял рядом. Я не мог просто взять и показать ему красную карточку, ведь все видели, что в момент удара я был на другой половине поля и не мог рассмотреть этот эпизод.

Я подбежал к лайнсмену и сказал ему: «Дарио, внимательно». То же самое я сказал и себе: «Осталось еще десять минут, будь внимателен».

Затем я вернулся к Зидану и показал ему красную карточку. Тогда наушники только-только появились у судей. Всем известно, что если главный судья обращается к боковому – значит, тот хочет ему что-то рассказать.

Я знал, что Дарио ничего не видел. То, что я тогда подбегал к лайнсмену, было лишь прикрытием, но в этом кроется часть того, почему я принял это решение», – рассказал Элисондо.